Приношение хозяину озера Байкал: научные сотрудники ИМБТ СО РАН ввели в научный оборот документ о промысловом обряде ольхонских бурят

Научные сотрудники ИМБТ СО РАН к.ф.н. Бухоголова Саяна Батуевна и к.и.н. Тушинов Баир Луданович ввели в научный оборот архивный документ начала XX в., описывающий промысловый обряд ольхонских бурят-рыбаков — жертвоприношение хозяину озера Байкал. Исследование позволяет лучше понять культурные и этнографические аспекты жизни ольхонских бурят, их традиции и обряды, а также осмыслить историческую динамику региона. Результаты работы опубликованы в журнале «Этнографическое обозрение».

Основой для исследования послужило дело № 1217 «Жертвоприношения рыбаков таловских 1 и 2 улусов 2 Шоноева рода Еланцинского инородческого ведомства Верхоленского уезда» из личного фонда учёного-фольклориста Сергея Петровича Балдаева. Фонд, хранящийся в Центре восточных рукописей и ксилографов ИМБТ СО РАН, насчитывает 1443 единицы хранения и охватывает период с 1835 по 1978 г. Как отмечают авторы исследования, документ представляет собой напечатанный на пишущей машинке текст на шести листах, содержащий описание обряда на русском языке и сами молитвенные призывания на бурятском.

«Полный ритуальный текст данного обряда на бурятском и русском языках ранее не анализировался», — подчёркивают авторы, научные сотрудники ИМБТ СО РАН Саяна Бухоголова и Баир Тушинов.

В статье упоминается, что исторически у монгольских народов, включая бурят, было несколько пренебрежительное отношение к рыбе, которую они именовали «водяной червь». Однако географические условия заставили байкальских (ольхонских) бурят обратиться к этому промыслу. Авторы цитируют полевые записи С.П. Балдаева, относящиеся к 1913–1916 гг., когда он работал учителем в Таловском инородческом училище. В них этнограф описывает непростой уклад жизни местного населения: «Для скотоводства и земледелия у них нет места. Территория их находилась между озером Байкалом и Ольхонскими горами. Стеснённые морем и горами буряты занимались рыболовством». Мужчины нанимались к иркутским рыбопромышленникам и уходили на сезонные заработки с мая по октябрь. Дома оставались старики, женщины и дети. Рыболовство для бурят становилось не только источником пропитания, но и важным элементом культурной идентичности.

В статье реконструируется структура промыслового обряда, который проводился дважды в год: весной, после таяния льда, — для обеспечения рыболовецкой удачи, и осенью, после завершения рыболовного сезона, — в благодарность за счастливое его окончание. «Чёткая структура обряда соответствует шаманским тайлганам, что позволяет отнести его к разряду крупных общественных шаманских ритуалов».

Информация с сайта: Новости Российской академии наук